Коррида как эротическая метафора

Нина Соловьева

Взаимодействие языка, культуры и сознания занимает одно из центральных мест в филологических исследованиях. В последние десятилетия центр тяжести в изучении метафоры переместился из риторики и стилистики в изучение метафоризации речи и в те сферы, которые обращены к познанию и сознанию. «В метафоре стали видеть ключ к пониманию основ мышления и процессов создания национально — специфического видения мира”.

Предметом данной статьи является испанская национальная традиция – бой быков (la corrida de toros), объектом — лингвокультурный контекст корриды, в рамках которого формируется эротическая метафора. Материалом исследования послужили лексикографические источники: толковые и двуязычные словари, словари терминов тавромахии, словари пословиц и поговорок испанского языка, были также использованы различные тексты (сборники фольклорных текстов, художественная литература, СМИ, интернет, опросы).

 

Тавромахия, то есть искусство боя быков, является неотъемлемой частью испанской культуры. Коррида имеет глубокие исторические корни, является специфически испанским и чрезвычайно многоплановым явлением, которое пронизывает национальное сознание испанцев, присутствует во всех проявлениях их жизни, и это находит отражение в языке.

Самым фундаментальным исследованием, посвященным тавромахии, является многотомный труд Х.М. де Коссио «Коррида. Исторический и технический трактат», представляющий собой энциклопедию, где детально описана эволюция тавромахии во времени и пространстве. Однако, термины корриды выходят далеко за рамки профессионального употребления, они метафоризируются, проникают в повседневный язык, обогащая его. Их можно встретить в фольклоре, в прессе, в кино и на телевидении, в художественной литературе и в поэзии, даже когда темы произведений весьма далеки от корриды. Э. Тьерно Гальван писал, что ничего не может объяснить важность корриды лучше, чем совокупность смыслов, которые в качестве метафор вошли в обыденную речь.

С глубокой древности во всем Средиземноморье, включая современную территорию Испании, образ быка был широко представлен как в письменных памятниках, так и в иконографии, в самых разных своих ипостасях: это и объект охоты, и тотемное животное, символ плодородия и символ мужского начала, а в некоторых источниках и женского начала.

 

Коррида, по мнению Анхеля Альвареса де Миранда, восходит к древнейшему свадебному обряду, во время которого проводились игры с быком, и бык, как сакральный символ репродуктивной потенции, приносился в жертву, передавая таким образом свою силу человеку.

Язык тавромахии дает возможность экспрессивно иллюстрировать отношения мужчины и женщины; предлагает метафоры, которые стойко вошли в язык и умело используются даже теми, кто не посещает корриду, поскольку для испанца четко просматривается метафора в оппозиции: тореро (мужчина) – бык (женщина).

Тьерно Гальван указывает на то, что испанец видит в завоевании женщины аналогию с победой над быком, потому что “воспринимает женщину как мятежное существо, которое нужно усмирять теми же способами, что и быка во время корриды”. Попытка со стороны мужчины добиться благосклонности любимой женщины, а также совместная жизнь супругов может быть охарактеризована как lidia / бой, brega / схватка.

Коррида проводится в три этапа и кульминацией боя является третий этап, когда матадор, исполнив ряд обязательных фигур, должен убить быка при помощи шпаги – espada или estoque. Искусный матадор убивает быка с первого раза наповал, вонзив шпагу по самую рукоятку.

Эротический смысл таких выражений, как hasta la empuñadura, hasta la bola, hasta la cruz/по рукоятку очевиден в соответствующем контексте, в котором espada — это метафора мужского достоинства.

Cлучается, что тореро не удается попасть шпагой в верхнюю часть спины между лопаток и он попадает в кость. Соответствующий фразеологизм pinchar en hueso широко используется вне контекста тавромахии в значении «столкнуться с трудностями». Его же испанцы употребят в значении неудач в постели. А когда мужчина хочет похвастаться своими успехами в жизни и в постели, он скажет salír por la puerta grande / вышел через главные ворота, или corté oreja y el rabo / отрезал ухо и хвост , что означает, что коррида была проведена удачно и тореро получил трофеи.

В связи с тем, что испанцы женщину отождествляют с быком, вполне логичными видятся и аналогии в описании внешности женщины как быка: tiene buen trapío / у нее хорошая стать, в значении комплимента женщине. Для описания женской груди типична метафора «рога быка» — astas, pitones, velas: los tiene bien puestos / они у нее на месте. Полная женщина — это enmorillada (morilla — это загривок у быка); de mucha romana — это крупная женщина, женщина « в теле». Самая высшая похвала — это señora de bandera, так же как и лучшего быка называют toro de bandera / бык — знаменосец.

Также прослеживаются аналогии в поведении женщины и в поведении быка на арене. Надменность женщины закреплена в фразеологизме se encampanó / она задрала голову ; если женщина общительна и достойно себя ведет, то она характеризуется как muy pastueña / очень благородна; se deja torear / позволяет с собой заигрывать, embiste con clase / нападает достойно. В случае, когда требуются немалые усилия со стороны мужчины, чтобы добиться женщины — tiene mucho que torear / с ней приходится много сражаться.

Бык является древним символом плодородия, сексуальной потенции. Для древних испанцев  рог быка – это фаллический символ, образ также связанный также с насилием и ранением. Поэтому, фраза Vete al cuerno! является сильной сексуальной инвективой.

Обратная оппозиция — женщина /тореро — мужчина /бык  возникает, когда речь идет о том, что женщина бросает мужчину, изменяет ему. В обыденном,  повседневном дискурсе применима фраза le pone cuernos / наставляет ему рога, а  мужчина становится  cornudo/ рогатый. Метафорическое перевоплощение боя быков в эротические отношения между мужчиной и женщиной также находят свое отражение  и в художественном дискурсе. На примере поэзии Мигеля Эрнандеса мы видим, что  оппозиция : женщина/ тореро – мужчина/ бык приобретает романтический характер, когда одинокий и покинутый герой сравнивает себя с быком на арене.

…Como el toro,me crezco en el castigo

La lengua en corazón tengo bañada

Y llevo al cuello un vendaval sonoro

Como el toro te sigo y te persigo,

Y dejas mi deseo en una espada,

Como el toro burlado, como el toro.

Таким образом термины и фразеологизмы тавромахии, приобретают сильную экспрессивно-эмоциональную окраску, становятся эротическими метафорами, которые широко используются в самых различных текстах, придавая национальный колорит современной испанской речи. Именно лингвокультурный контекст дает возможность реконструировать соответствующий фрагмент испанской  национальной языковой картины мира и  проследить механизмы  его формирования.

ЛИТЕРАТУРА

  1. Арутюнова Н.Д. Метафора и дискурс // Теория метафоры. – М.: Прогресс, 1990. .
  2. Alvarez de Miranda A. Ritos y juegos del toro, Taurus,Madrid, 1962..
  3. Cirlot J.E.. Diccionario de simbolos, Labor,Barcelona, 4a ed., 1981. .
  4. Cossío José Ma de. Los toros. Tratado técnico e historico, tomo II, Espasa Calpe,Madrid,1973.
  5. González Troyano A. El torero, héroe literario, Espasa Calpe, Madrid,1988.
  6. Hernández M. Obra completa. Espasa Calpe, Madrid,1990.
  7. Nieto L. Diccionario ilustrado de términos taurinos, Espasa Calpe, Madrid,1987.
  8. 8.Tierno Galván E. Los toros, acontecimiento nacional,Turner,Madrid,1989.

 

Сохранить

Добавить комментарий